Недавно наш корр. встретилась с Виктором Николаевичем Сорокиным и попросила его ответить на наиболее актуальные вопросы, которые чаще всего поднимаются в строительном обществе.

- Корр. Виктор Николаевич, на стадии совершенствования института саморегулирования в строительной отрасли неожиданно стали подниматься вопросы о замене этой системы на лицензирование. Как Вы к этому относитесь?

- Председатель Государственной Думы С. Е. Нарышкин, выступая на съезде НОСТРОЙ, отметил, что «сейчас главное - стремиться к упрочению самих принципов саморегулирования». То, что саморегулирование состоялось - бесспорно. Идея саморегулирования, безусловно, единственно возможный путь развития отрасли, когда профессионалы сами определяют степень компетентности, мастерства своих коллег, причем, определяют не один - два человека, а решает совет, состоящий из компетентных руководителей. Возвращаться опять к не оправдавшему себя лицензированию смысла не имеет. Будет разрушена уже сложившаяся система, а нового взамен ничего предложено не будет. Это не просто топтание на месте, а шаг назад. Государству не стоит брать на себя дополнительные избыточные функции, а лицензионный центр, это, как правило, государственный служащий или госпредприятие, а, значит, лишние бюджетные затраты, и в масштабах страны - немалые. В саморегулировании же бюджетных денег не тратится ни копейки, и сама отрасль профессионально решает вопросы безопасности строительства. Поэтому, убежден, что альтернативы саморегулированию нет.

- Корр. Виктор Николаевич, Вы человек авторитетный в системе саморегулирования, как Вы прокомментируете одну из главных проблем СРО - ситуацию с компенсационными фондами?

- Да, компфонды постоянно являются яблоком раздора. И, когда говорят, что саморегулирование не состоялось, тут же приводят пример с компенсационными фондами. Главное, что они практически не используются. Тут тоже нужно разбираться. Вроде 70 млрд. рублей компенсационного фонда для России и не огромная сумма, но они, деньги, должны работать на укрепление экономики страны.

Сейчас в Госдуму внесли поправки, по-моему, правильное решение - увязать компенсационный фонд с Агентством по ипотечному и жилищному кредитованию, это выход из положения, эти деньги не будут потраченными, а взяты как бы взаймы. То есть, это будут облигации, ценные бумаги, и всегда их стоимость можно будет востребовать. Если средства компфондов будут использоваться Агентством по ипотечному и жилищному кредитованию, это будет помощь и государству, и населению. С учетом того, что в этом году планируется направить из бюджета 25 млрд. рублей на поддержку ипотечного кредитования, то 60-70 млрд. в поддержку АИЖК - это достойно, это та ипотека, которая нам нужна, которую все будут приветствовать.

- Корр. Виктор Николаевич, многие сходятся во мнении, что институт саморегулирования требует доработки. Что, по-Вашему, нужно изменить в этой системе?

- Иногда ситуация складывается так, что надо решать вопрос, который касается конкретных строительных организаций, а не в целом саморегулирования. К примеру, член СРО заплатил 300 тысяч рублей в компенсационный фонд и имеет допуск на объекты стоимостью до 10 млн. рублей. Организация выросла и готова участвовать в тендерах по возведению объектов стоимостью 1 млрд. рублей. Для этого ей необходимо соответствующее свидетельство. Чтобы его получить, организации придется заплатить в компенсационный фонд уже 2 млн. рублей. Но представим, что она участвует в тендере и проигрывает. И в следующий раз к аналогичным объектам сможет вернуться через полгода, год, а может - через 10 лет или не вернуться вообще. А деньги уплачены немалые.

В данном случае, я убежден, нужно вносить поправки в законодательство. Например, если член СРО, не вновь вступающий, а именно член СРО обращается за допуском с целью участия в тендере, то можно в принципе дать право Совету выдавать допуск такой организации, если она все необходимые документы предоставит, а на оплату компенсационного фонда делать отсрочку. Рассрочку не на год, а до того, как эта организация будет участвовать в тендере и выиграет его. Это будет справедливо и выгодно и системе саморегулирования, и ее члену.

- Корр. А как система саморегулирования может эффективно бороться за качество строительства?

- Когда на заре саморегулирования обсуждали создание института саморегулирования в строительстве, думалось, что в стране должно быть чуть больше 50 СРО. Но сегодня в стране работает 275 саморегулируемых организаций. Это очень большое количество при 200 тысячах строительных организаций. Добрая половина всех саморегулируемых организаций - это коммерческие СРО, другие настолько маленькие, слабые, что вынуждены бороться за каждую организацию, потому что балансируют на грани закрытия, отсюда и рассрочки, отсутствие проверок, даже если их член - строительная организация практически «сдулась», ее всеми силами пытаются удержать в СРО.

Мы не дождемся качества в системе саморегулирования и как следствие повышения качества вполняемых СМР, если не будем отсеивать с рынка слабые и неконкурентоспособные организации. Если в СРО входит такое количество компаний, которое позволяет Партнерству уверенно чувствовать себя на рынке саморегулирования, то такая саморегулируемая организация, отвечая интересам своих членов, никогда не выдаст допуск неблагонадежной, слабой фирме. Чтобы успешно работать, СРО должны быть крупными и независимыми. Иначе рынок их не примет, и они постепенно самоликвидируются.

- Корр. Виктор Николаевич, значит, законодательно нужно увеличить нижнюю планку по количеству членов в СРО? До какого предела?

- Думаю, что 100 членов - это очень низкий порог, его нужно довести минимум до 300. В то же время нужно скорректировать и верхнюю планку. Практика показала, что необходимо ограничивать и максимальное количество членов СРО, потому что есть определенный предел организационных возможностей у саморегулируемой организации.

- Корр. Виктор Николаевич, некоторые Ваши коллеги говорят, что межрегиональные СРО - это тупик, что они все коммерческие, а региональные СРО - это то, что сегодня нужно системе саморегулирования. Каково Ваше мнение на это счет?

- Во-первых, коллеги путают понятия «коммерческие» и «межрегиональные», они не тождественны. Во-вторых, в моем понимании, как раз региональные СРО - это отступление от саморегулирования. Региональные СРО наиболее уязвимы, ведь известно, что на региональном уровне идет активное вмешательство в их деятельность со стороны местных властей, что почти на всех территориях руководителя строительной организации предупреждают: «ты либо в нашем региональном СРО, либо в области подряда не получишь». Вряд ли это можно назвать рыночными отношениями. Это уже получается не саморегулирование, а «тебярегулирование». У саморегулирования ключевое слово «САМО».

Система потому и называется «саморегулирование», что профессионалы отрасли сами регулируют ее развитие. И только когда вся система саморегулирования будет работать на таких принципах, когда, к примеру, на Владимирский рынок сможет выйти Ивановская или Костромская фирма, потому что она предложила заказчику лучшие условия – тогда это будут рыночные отношения.

- Корр. Но также говорят и отраслевые саморегулируемые организации, собирая отраслевые организации в свое СРО?

- Я поначалу думал, что оптимально было бы создать межрегиональные и отраслевые СРО. Но поработав в НП СРО «МОС», изменил свое отношение к этой проблеме. У отраслей те же методы «затаскивания» к себе компаний, что и у регионов. На практике отраслевые СРО мотивируют свое превосходство тем, что только у них есть специалисты, способные понять, готова ли строительная организация работать на том или ином объекте. Они ошибаются, потому что специалисты высочайшего уровня есть и в других СРО. Вряд ли кто-то усомнится в профессионализме Басина Е.В., Забелина В. Н., Студенникова А. Н., Фуфаева С. В. и других. Я назвал фамилии членов Совета нашего Партнерства (НП СРО «МОС»).

- Корр. Виктор Николаевич, расскажите, пожалуйста, про Вашу саморегулируемую организацию.

- НП СРО «МОС» зарегистрировано в Росреестре под номером «два». Всего в НП СРО «Межрегиональное объединение строителей» входит свыше 600 строительных организаций России, СНГ, Европы и Азии. Многие из них принимали и принимают участие в важнейших стройках России: олимпийские объекты в городе Сочи, газопровод «Северный поток», объекты саммита АТЭС на Дальнем Востоке, спецморнефтепорт «Козьмино» - конечная точка нефтепровода «Восточная Сибирь – Тихий океан» и многие другие. НП СРО «МОС» имеет 10 филиалов в России (Брянский, Санкт-Петербургский, Калининградский, Ульяновский, Саратовский, Верхнекамский, Дагестанский, Краснодарский, Сочинский, Дальневосточный) и представительство в Республике Беларусь (около 70 белорусских компаний являются членами Партнерства).

- Корр. А как сказывается экономический кризис на Межрегиональном объединении строителей?

- Ситуация, конечно, сложная, все СРО теряют членов. Не обошло это и нас: несколько уменьшилось количество членов, но не намного. В прошлом году к нам вступили 43 организации, притом, не буду скромничать, многие из них – весьма солидные. Например, в нашу СРО вступила крупная французская компания, которая выполняет в России многомиллиардные заказы, строит на Севере завод по сжижению газа. Членом Партнерства недавно стала турецкая организация, которая успешно работала на рынке Туркмении и Узбекистана, у нее очень большой потенциал.

Или еще пример. В нашу СРО входила крупная европейская компания, которая строила «Северный поток». После окончания строительства организация вышла из Партнерства. Теперь она будет строить «Южный поток» (или как он теперь будет вероятно называться - «Турецкий поток») и вновь к нам вступила. При разговоре представитель компании подчеркнул: «Перед нами даже не стоял выбор, в какую саморегулируемую организацию вступать, нам с вами работать комфортно». Притом, что мы строго следим за наличием у компаний-заявителей необходимого количества специалистов, за своевременной аттестацией и повышением квалификации. Ежегодно, в обязательном порядке осуществляем проверку всех (я подчеркиваю – всех) организаций, требуем от всех страхование гражданской ответственности, т.е. «надоедаем». И заметьте – к нам идут. Это ответ на то, что межрегиональные СРО – это коммерческие структуры. Строительные компании, особенно крупные, стали отдавать предпочтение солидным, известным СРО, а не лишь бы кому – было бы быстро, дешево и не хлопотно. Вот это и есть рынок, это ответ на вопрос, какими должны быть СРО.

В связи с известными событиями у многих мелких СРО компенсационных фондов уже нет или мизер остался, а мы сегодня имеем компенсационный фонд более 720 млн. рублей, т.е. огромный запас прочности.

В НП СРО «МОС» сегодня входит 69 белорусских строительных организаций, у нас сложились очень теплые, тесные отношения с министерством строительства Белоруссии, я так полагаю, что в этом году мы еще примем около 15 белорусских организаций.

- Корр. А с крымскими строительными организациями работаете?

- К сожалению, у нас их пока только 7. Но я уже говорил, что в Крыму создание системы саморегулирования в строительстве пошло не по самому лучшему сценарию.

При встречах с руководителями строительных комплексов Крыма и Севастополя мы предложили им опереться на 2-3 крупные, уже работающие на рынке России саморегулируемые организации, то есть пойти по пути создания на своих территориях филиалов этих СРО. Потому что было ясно, что создание местных СРО малоперспективно в силу малочисленности строительных фирм.

Но в результате, (и это к большому сожалению), с единой региональной СРО у них, кажется, не получилось, а организации «разбежались» по многочисленным СРО, в том числе и по так называемым коммерческим. Многие фирмы потеряли ориентир в погоне за «дешевизной»: перебороло желание получить допуск сразу на все, что можно и на что нельзя, быстро и за минимальные деньги. Разумеется, присутствие в Крыму и в Севастополе десятков СРО – на мой взгляд, далеко не самый лучший вариант саморегулирования для данных субъектов Российской Федерации. Жаль.

- Корр. Известно, что Вы часто встречаетесь со своими организациями, какие проблемы их волнуют, какие вопросы задают, просьбы высказываются?

- Какие вопросы? К сожалению, ряд организаций видят в СРО маленькие министерства, просят помочь получить подряд. Пытаемся, конечно, что-то делать в этом направлении. Но это, как бы нам всем не хотелось – все-таки не в наших силах. В отличие от региональных и отраслевых СРО мы не применяем запрещенные приемы, руки не «выкручиваем».

Некоторые строительные организации обижаются на проверки, но проверки – одна из основных функций СРО, законом установленная. Встречаясь с руководством организаций, я все время пытаюсь донести мысль, что мы проверяем для того, чтобы помочь. Мы обращаем внимание руководителей компаний, у которых в силу их занятости не всегда до этого «доходят руки», на имеющиеся недочеты и предлагаем вместе (подчеркиваю – вместе) решать возникшие вопросы. В частности, подсказываем, где можно пройти аттестацию, при этом 10-12 вариантов предлагаем, любой удобный регион. У нас есть свой аттестационный центр при СРО, мы своих сотрудников посылаем в командировку, и они на месте, на объектах проводят аттестацию специалистов без отрыва их от производства.

- Корр. А как вы видите дальнейшее развитие системы саморегулирования?

- Я бы очень хотел, чтобы оказался прав С.Е. Нарышкин относительно перспектив развития института саморегулирования. Главное в том, что саморегулирование состоялось, а дальше нужно совершенствовать, доводить до логического конца. Задача номер один в саморегулировании – это избавление от «коммерческих» СРО. Все профессионалы, которые разбираются в этом, считают именно так. И работать надо упорно, несмотря на сложившуюся кризисную ситуацию.

- Корр. Виктор Николаевич, спасибо за интересное, актуальное интервью. Хочется надеяться, что пока в системе саморегулирования есть такие профессионалы строительной отрасли, все проблемы решаемы.